1d9c84a9

Лурье Самуил - Письма Полумертвого Человека



ПИСЬМА ПОЛУМЕРТВОГО ЧЕЛОВЕКА
Самуил ЛУРЬЕ и Дмитрий ЦИЛИКИН
Анонс
Лирико-сатирический роман в письмах. Двое петербуржцев, один - очень немолодой, другой - не очень, оба - литераторы, оба журналисты, но из разных кругов, из разных углов, - судачат спустя рукава, как Бог на душу положит, о нравах улицы и бомонда, о вкусах народа и начальства, о злобе политического дня, о смысле классических текстов... Юмор спорит с остроумием: чей слог легче? - и оба пытаются перешутить хозяек жизни - Глупость и Пошлость, - понимая, впрочем, что это дело безнадежное.
Вот как все вышло - в общем-то, само собой.
Много лет с восхищением и благодарностью читал я книги, рецензии, эссе петербургского литератора Самуила Лурье. Притом, работая редактором в газете, хищно думал: как бы залучить этого автора на свои страницы (нормальное желание любого нормального редактора). И, уже какое-то время имея честь пользоваться знакомством Самуила Ароновича, многократно обсуждал с ним возможность сотрудничества, однако, при взаимном согласии, сотрудничество тем не менее никак дальше разговоров не продвигалось.
Но в какой-то момент мне стало очевидно, что само обсуждение тем, предметов, ответвления мыслей, попутные шутки, споры и препирательства, укоры и оправдания, сетования на злокозненные обстоятельства данного момента и общее неблагоприятствование вялотекущей за окном действительности, апелляции к литературным аналогам и т. д. - словом, диалог с Самуилом Лурье - уже сам по себе есть текст.
Который остается только записать. Потом обнаружилось, что записывать свои реплики в этом диалоге нам обоим интересно. Потом, по мере того, как письма публиковались в газете «Петербургский Час пик», - что и читать их многим не скучно.
Графиком и вообще никакой обязательностью переписка не стеснена. Я дерзал беспокоить высокоуважаемого корреспондента, когда мне хотелось о чем-то его спросить или что-то ему рассказать. Он любезно не оставлял мои послания без ответа.
Так получилась эта книжка.
Дмитрий Циликин
Не совсем так. Извините, что встреваю наподобие Доб(или Боб?)чинского, но истина конкретней. Настоящий автор проекта - Дмитрий Владимирович. Он однажды поймал меня на слове.

Я ламентировал: пропала всякая охота писать в газету - не веришь собственному голосу - кто я такой, чтобы его повышать? какое дело публике до моих мнений? Газетный писатель - непрошеный оратор: фигура смешная, положение ложное. Все равно что проповедовать в метро.

На платформе, как раз когда поезд подходит и уже тормозит, возопить ни с того ни с сего: люди! я не любил вас! будьте беспечны! противьтесь злу насилием! - или другую какую заветную мысль.
Слушал, слушал это нытье Дмитрий Циликин, да вдруг и говорит: раз так, говорит, пишите не публике, а прямо адресуясь ко мне.
Однако и эта идея (против которой возразить было нечего), конечно, не осуществилась бы, если бы в один прекрасный день - а именно 28 февраля 2001 - Д. В. не поставил меня перед фактом: переписка началась, текст, обращенный ко мне, уже стоит на газетной полосе, deadline для ответа - такой-то.
Уклониться было невозможно. А потом я вошел во вкус. Игра оказалась увлекательной.

Потому что - как выяснилось после первых же ходов - нам с Дмитрием Циликиным две вещи одинаково дороги, дороже буквально всего: грамматика и свобода.
Самуил Лурье
Письмо I. Д. Ц. - С. Л.
28 февраля 2001 Возненавидь ближнего своего
Видите ли, Самуил Аронович, всегда завидовал я людям, получившим настоящее образование в какой-нибудь уважаемой области. Вы, наприм



Назад